На главную

Биография

Новости

Интервью

Пресса

Фотоальбом

Интересное

Песни

Форум

Гостевая

От автора

 

   Лучший сон на земле

Алексей Глызин
   В Киеве прошёл творческий вечер Алексея Глызина «Линия любви».

   Было не слишком удивительно, подойдя к сцене за некоторое время до начала концерта, услышать знакомый голос с украинским прононсом. Это Алексей Сергеич репетировал с Виктором Павликом вступление к их дуэтной песне. Дело шло не быстро, и в это время работники сцены проверяли пиротехнику. Начало чересчур шумного «снегопада» сопровождалось восклицанием симпатичной девушки с рацией в руке: «Да вы что, охренели, что ли? Он же заглушит всех музыкантов!» «Может, и не заглушит...», – глубокомысленно пожал плечами кто-то из её коллег. «А если заглушит?!» – вопрос повис в воздухе.

   «Давайте-ка ещё разок проиграем вступление к Саруханову», – послышалось из музыкального цеха. И зазвучал мотив песни «Зелёные глаза», после чего клавишник Всеволод Саксонов ещё долго объяснял кому-то на пальцах, как и где нужно вступать. Стало понятно, что, во-первых, список гостей вечера будет, мягко говоря, не совсем совпадать с тем, что красовался на афишах города, и во-вторых, их выступление будет в большей степени импровизацией. Всё это вызывало лишь больший интерес к происходящему.

   Но вот музыканты разошлись по гримёрным, бабушки у входа по команде открыли двери, и зал дворца «Украина» стал заполняться зрителями. Признаться, на концертах такого масштаба я никогда ранее не был свидетелем подобного процесса с первой до последней минуты. Здесь же я вдруг осознал, что происходящее на моих глазах есть ничто иное, как счастье. Счастье для одного человека. Когда на его концерт люди покупают билеты, забывают на один вечер про все свои дела и посвящают себя только ему. Ведь, например, на лице каждой входящей в зал женщины написано, что сегодня она наложила макияж как никогда тщательно. Дольше обычного выбирала цвет губной помады, с особой осторожностью красила ресницы, не пожалела времени и сил сделать лишний завиток в волосах. И всё для того, чтобы её оценил ОН – в тот момент, когда она будет вручать ему цветы. И заряжена плёнка в фотоаппарат, и куплены новые батарейки - не дай бог старые подведут, и приготовлена открытка для автографа, и продумано, в какой момент она его поцелует.

   Сам Алексей дал за свою карьеру тысячи концертов, но при этом, наверное, никогда не испытывал этого счастья – не видел, как заполняется зал людьми, которым он по-настоящему дорог.

   А ещё не каждому артисту публика до начала концерта начинает аплодировать дружно в такт. Свист, сопровождающийся хаотичными аплодисментами, можно слышать где угодно. А вот в такт – это значит, искренняя публика любит искреннего певца. В этот раз, впрочем, долго аплодировать не пришлось – небольшое дежурное опоздание, и свет к всеобщей радости погас.

   Уже на первом номере (разумеется, «Пепел любви») в глаза и уши бросилась новинка – бэк-вокальная группа из трёх молодых девушек, получающих несказанное удовольствие от звучащей музыки и собственного перформанса. Причём перформанс этот был настолько хорош, что сам Глызин после первого же припева обернулся и поаплодировал трио. «Мы «арендовали» их у Алсу», – раскрыл певец после концерта тайну «прописки» девушек. «Почему же среди них не было самой Алсу?», – спросил я. «Мы люди скромные...», – пожал плечами Алексей Сергеич.

   В приветственной речи герой вечера извинился перед киевлянами за опоздание на «18 минут, 46 секунд». «Везёт же нашим географическим соседям!», – подумалось мне в тот момент, ведь выступления в Москве у артистов чуть ли не принято задерживать на куда более продолжительный срок, и никто у столичной публики на моей памяти ещё не просил прощения. Впрочем, добродушие певца сразу стало объяснимо – он был растроган отсутствием в зале свободных кресел, за что и поблагодарил собравшихся.

   Конечно же, песня «Зимний сад-2», исполненная следом, по определению не могла не «зацепить» публику. И уже те самые девушки, наверняка думавшие приберечь свои букеты для какого-нибудь «Ангела» или «Сорренто», махнули рукой – пёс, мол, с ними, с «Ангелами», но после такой песни нельзя усидеть на месте – и начали выходить к сцене с цветами. А «Письма издалека» и вовсе стали почти «контрольным выстрелом» в сердца всех чувствительных и неравнодушных к хорошей музыке и голосу исполнителя особ. Таким образом, не прошло и пятнадцати минут, как публика была уже «готова».

   И тут же Алексей нашёл чем удивить – как искусный фокусник, он, словно из потайного кармана, изящно достал ранее не исполняемую песню «Мечты». Впрочем, существование этого «кармана» – тоже не новость. На разных концертах из него то и дело преподносятся такие не слишком раскрученные, к сожалению, песни, как «Я скучаю» или «Будь неподалёку». И вот настала очередь вынуть «Мечты» из альбома «Запоздалый экспресс». Но, несмотря на то, что песня в живом исполнении, несомненно, получила «второе дыхание», «фокус» оказался-таки смазанным в концовке. Факир не был пьян, но последнюю фразу «Знаю, всё пройдёт» он исполнил акапелло на полтона ниже, чем требовалось. Глаза Алексея в момент, когда секунду спустя музыканты взяли заключительный аккорд в правильной тональности, нужно было видеть...

   И ещё один бальзам на душу публики со стажем – хит «Африка». В отличие от памятного московского концерта, «Африки» в прямом смысле слова, то есть танцующих на сцене чернокожих людей, не было (а балет «Релеве» только в готовился к выступлению). Тем не менее, номер не обеднел – и бэк-вокальная группа проявила себя на все сто (припев к этому обязывает), и Алексей Сергеич не то, чтобы повеселил, но привлёк внимание тем, что забыл однажды слова («Но кудри мне не забыть, о-о-о» – то и дело пытался вставить певец там, куда более-менее ложилось в тот несчастный момент). «В голове всё перемешалось» – негодовал Алексей после в кулуарах. Впрочем, зрители лишь ещё больше стали поддерживать любимого исполнителя.

   Так бы и продолжаться этому взаимному «полёту», но тут в дело вмешался – будь он неладен – сценарий. По нему Глызин объявил Аю и Кристину, и на сцену под вступление «Запоздалого экспресса» даже не выбежали, а скорее выпрыгнули две девушки, по внешнему виду которых можно было предположить, что перед нами никто иной, как солистки группы «Полиция нравов», у которых внезапно на голове выросли волосы рыжего цвета. Надо признать, что хорошую песню они не только не испортили, но и достойно... хотел сказать – оттанцевали, но всё-таки – отпели. А затем Алексей и вовсе предоставил сцену «игривым девочкам» (так называется дуэт) в их распоряжение. Во время исполнения некой наглоязычной песни из «Евровидения», где солистки когда-то выступали, публика смогла и дыхание перевести, и носик попудрить, и пару смс-ок знакомым послать.

   Если предыдущий эпизод концерта казался вечностью, то последующий пролетел как одна секунда. Сложно припомнить выступление, где начальные строчки песни «Эпизод» не сопровождались бы аплодисментами. Этот раз не стал исключением, и трогательный дуэт Глызина с Саксоновым у рояля заставил ещё не выходивших к сцене поклонниц раскрыть все оставшиеся карты. Количество и продолжительность заготовленных для кумира речей даже смутили принимавшего их вместе с цветами исполнителя.

   «Весёло-ребятовский» отрезок был дополнен хитом «Бродячие артисты», особенно горячо принимаемым возрастной публикой, коей в зале было, как обычно, тоже немало. И вдогонку – старенькая песня исполнительницы, у которой Глызин когда-то был на подпевках. Подготовлена она была, как известно, к проекту «С днём рождения, Алла», состоявшемуся в 97 году, и с тех пор Алексей исполняет её практически на всех своих больших концертах. Правда, на этот раз – без Преснякова-старшего.

   Наконец, настал час и балета «Релеве». Песня «Думай, мечтай» сама по себе хороша, а с танцевальной группой – так вообще подпадает под категорию «блеск».

   Но – хорошего понемножку. Музыканты пошли отдыхать и набираться сил, а на сцене появился ректор киевского института культуры Михаил Поплавский. Оказалось, что для местной публики это блюдо является вовсе даже не гарниром, а самым что ни на есть десертом. «Варэнычки мои» (так называлась «фанерная» песня) были проглочены с большим аппетитом, чуть ли не на «ура». В те минуты я поймал себя на мысли, что в этом шоу не хватает только одного человека – Регины Дубовицкой. «А вот и она!», – подумалось, когда на сцену с трудом вынесли завязанный мешок с явно живым внутренним содержанием. Но, увы, из него вылезла всего лишь очередная танцовщица.

   «За хорошего москаля!» – был заключительный тост ректора, после которого адресат тоста исполнил «Лилию» и пригласил на сцену автора многих своих песен Виктора Чайку.

   Вышедший с гитарой на плече и тубусом в руке композитор сначала сыграл роль Владимира Маркина из московского концерта-2004, став соисполнителем шлягера «Помнишь», а затем, оставшись на сцене в одиночестве (не считая глызинских музыкантов, конечно), проявил свои лучшие качества. Главное из них, пожалуй, скромность. Сходу перечислив несколько своих хитов, не забыв попутно назвать адрес личного сайта в Интернете, где их можно послушать, он заставил публику напевать свои мелодии (Аллегровой в эти минуты не иначе как икалось). А исполнив «Мона Лизу» (разумеется, не забыв сказать о том, что песня завоевала где-то там «Гран-При»), Чайка объявил конкурс среди зрителей на лучшую подтанцовку следующей, опять же своей, песни. А приз пообещал – плакат «очень хорошего исполнителя», лежащего в том самом тубусе. Публика подумала, естественно, «Глызин!» – и кинулась за подарком, однако, композитор с нескрываемым удовольствием стал разбрасывать в народ постеры со своим изображением, успевая заодно и петь.

   А что же Глызин? Виновник торжества вышел, наконец, на сцену, но лишь для того, чтобы объявить сольный номер своей танцевальной группы, в которой, как он не единожды с радостью напоминал, блистают чемпионки мира и Европы по гимнастике. Балет «Релеве», как всегда, не разочаровал.

   Но зрители, тем не менее, успели соскучиться по тому, на кого они пришли в первую очередь. И Алексей отблагодарил всех за терпение и внимание «Осенним романсом». Так получилось, что как раз в день концерта осень в Киеве закончилась, и выпал первый снег. Но от исполнения великолепной песни стало так тепло, как не бывает ни на одном курорте мира. Под аплодисменты был особо отмечен автор музыки к романсу Всеволод Саксонов.

   И ещё одно традиционное «сильнодействующее средство» для склонной к ностальгии публики – «Не волнуйтесь, тётя». Особым его компонентом в последнее время стали сами «тёти», демонстрирующие на сцене свои прелести. Солист же не в силах устоять перед таким напором, и «упал-отжался» – это самое малое, что он может сделать под воздействием этих дам.

   «Двадцатым номером выходит Овсиенко и исполняет романс, затем выходит Павлик, они поют дуэтом, потом втроём вместе с Глызиным исполняют «Залишись на Мить», а затем Глызин остаётся с Павликом, и вдвоём поют «Чернобривцы». Это было ни что иное, как изменение в программе, которое один «человек в чёрном» по рации диктовал другому перед концертом. На что тот, другой, не смог отреагировать иначе, как «А теперь ещё раз то же самое, только медленно». И пошло по новой: «Двад-цатым но-ме-ром вы-ходит Ов-си-енко...». Последовательность номеров пришлось ещё не раз повторить, чтобы она была окончательно утверждена. Во время же концерта никто не запутался – все вышли вовремя.

   Надо ли говорить, что публика приняла «своих» с распростёртыми объятиями? Киевская «дивчина» Таня Овсиенко сказала много тёплых слов в адрес Глызина, не отстал и модный нынче в Украине Виктор Павлик. А из музыкального блока особенно тепло народ приветствовал лирическую «Чернобривцы».

   Перед тем, как предоставить сцену последнему гостю вечера, Алексей Сергеевич исполнил два хита с ностальгическими воспоминаниями о прошедшем не так давно времени года – «Лето» и «Поздний вечер в Сорренто». Оба удачно сочетались с уже привычной танцевальной поддержкой в лице солисток родного для Алексея балета.

   Тут же, пока певец веселил зрителей фразами о «разгаре восьмичасового концерта», на сцене настраивал гитару человек со знакомой причёской в виде собранных сзади в хвост волос. «Саруханов что ли?», – удивилась моя соседка по залу. «Угу», – обрадовал я её. Когда же прожектор, наконец, охватил гостя, заигравшего вместе с музыкантами то самое вступление, которое они так долго репетировали, оказалось, что певец заметно располнел. Во всяком случае, в профиль этот человек с гитарой был отчаянно похож на армянскую домохозяйку со стажем, виртуозно качающую на руках младенца-внука.

   «Зелёные глаза» были спеты почти хором, но не этого ждала публика. «Лодочку» давай!», – то и дело слышалось из зала. И «Лодочка» на радость поплыла. Помогать управлять парусами выбежал и сам Глызин. Правда, пришлось немало попотеть, наклоняясь к лежащему на полу тексту, чтобы разобрать его. Но Саруханов отлично помогал коллеге, двадцатипятилетняя дружба с которым была им особенно подчёркнута.

   Не забыв пропеть оду и воздушному транспорту («Аэропорт»), виновник торжества подошёл (вернее, «подлетел») к визитной своей карточке. Ведь как ни крути, а без «Зимнего сада» и «Ты не ангела» ни один глызинский зритель не может представить любимого певца, а уж тем более его сольный концерт. Пиротехника не подвела («метели мели» как надо!), музыканты – тем более.

   Заключительный акт представления – конечно же, «Сон». С выходом действующих лиц на сцену, аплодисментами, падающими конфетти, поимённым представлением участников концерта и дружным исполнением «Всё однажды сбудется».

   Зависть – нехорошее чувство. Но это как раз тот случай, когда зрителям, побывавшим на представлении, стоит позавидовать. Они видели это! Видели лучший сон на земле. Кто-то потом посмотрит получившиеся фотографии, кто-то увидит отрывки концерта по телевизору, но вживую этот сон видели только они. Завидуйте им!

Евгений Суров
22.11.2005
Фото Евгения Сурова
www.xy-surov.narod.ru