На главную

Биография

Новости

Интервью

Пресса

Фотоальбом

Интересное

Песни

Форум

Гостевая

От автора

 

Алексей Глызин: В провинции зрители откровеннее

12 июля в Опочке (Псковская область) отмечали День города. В честь 56-ой годовщины на провинциальной сцене согласились выступить Алексей Глызин и Жасмин. Жасмин оказалась девушкой скромной и общаться не пожелала, а вот Алексей Глызин охотно поделился с корреспондентом ПАИ впечатлениями от проведенного концерта и рассказал о нелегкой судьбе артиста.

— Алексей, как общие впечатления от концерта, тяжело выступать на провинциальной сцене?

— Нет, мне понравилось, были свои проблемы с техникой, я не присутствовал при настройке, поэтому было нелегко подстраиваться, но в принципе, все прошло без проблем, главное – понравилось людям, и это чувствовалось.

— А с какой публикой тяжелее работать – со столичной или провинциальной?

— Тяжело всегда, но столичная публика избалована, а провинциальная – она более искренняя и откровенная, и эмоции выражаются открыто, по-настоящему. С ней интересней. Вообще, Москва портит человека, она заставляет выживать, ставит свои условия, хотя я и коренной москвич, я на себе этого влияния не чувствую. Не всегда хорошо жить в столице.

— А как обстоят дела с фанатизмом, раздражает?

— Артисту жаловаться на фанатизм нельзя, если ты стал публичным человеком, взялся за это дело, то не надо потом говорить, что тебя достают – ты ведь знал, куда шел. Это элемент твоей профессии, он включает общение с людьми. И неважно, где ты – в провинции или нет, грани здесь стираются, все зависит от людей. У нас в Пензе есть друг, он не навязчивый, он очень простой и, когда выпьет, ему со всеми поговорить надо, а это утомляет. Но я считаю, что лучше все-таки быть таким открытым.

— Вам сильно мешает ваша профессия?

— В любой профессии есть свои минусы и плюсы. С нашей профессией нельзя расслабляться, спокойно отдохнуть в общественных местах – любой твой жест могут неправильно понять. Ведь бывают такие моменты, когда не хочется здороваться, общаться, но надо – это издержки профессии. Кто-то хочет с тобой выпить, тяжело выпивать со всеми желающими. Мешает тем, что я не смогу спокойно постоять в магазине в очереди за колбасой, хотя один мой знакомый композитор в свое время говорил, что он хочет добиться такой популярности, чтобы его стали пропускать купить колбасу без очереди.

— Когда вы последний раз передвигались на метро, не хочется попробовать?

— Не ездил на метро давно, но ради эксперимента хочется. Мне такие чудеса рассказывают – что очень разная публика, от директоров до бомжей вместе ездит, всех там можно встретить. Когда я учился, путь в школу лежал через электричку, автобус, метро и так каждый день, причем постоянно в часы пик. Но я спокойно к этому относился, думал, так будет всю жизнь. Сейчас бы я этого подвига, наверное, не совершил, хотя человек быстро привыкает как к хорошему, так и к плохому.

— С детства знали кем станете?

— Я знал, что я стану пианистом, я начал с фортепиано и закончил школу по классу фортепиано. Очень хорошо помню, когда я был маленьким, и мама отправляла меня за продуктами, по дороге в магазин я представлял сцену, себя за роялем, и много народа в зале. Потом я понял, что рояль – вещь тяжелая, в подъезд его не втащишь, и перешел на гитару. Если говорить откровенно, то пианиста на том уровне, на котором хотелось бы, из меня не получилось.

— Ваш девиз?

— Всегда.

— Самая стойкая привычка?

— Любовь к женскому полу.

— А в фанаток когда-нибудь влюблялись?

— Нет, в фанаток стараюсь не влюбляться, это чревато.

— Что может поднять вам настроение?

— Настроение могут поднять нормальное люди, общение с которыми мне приятно.

— А с кем дружит Алексей Глызин?

— Есть круг людей, с которым приятно общаться. К нему относится Владимир Пресняков, Владимир Кузьмин, Георгий Лепс, Александр Маршал, участники группы "Премьер-Министр".

— Вам понравилась Псковская область? Нет желания здесь остаться или построить, например, дачу?

— К сожалению, область я в основном видел из окна машины на большой скорости. А еще с высоты птичьего полета – когда-то мы готовились к чемпионату, и именно на территории Псковской области я прыгнул с парашютом, очень яркое было событие. А дом построить хочется, но пока не знаю, где душа ляжет, иногда по дороге едем, видим место, и хочется здесь остаться.

— Ваши песни и песни "Веселых ребят" вырастили поколение. А тяжело ли создавать хиты?

— Иногда одну песню делаешь пару лет. Сейчас, например, лежит песня – запев хороший, а припев переделывали 5 раз, может к выходу нового альбома что-нибудь получится. Такие песни как "Ты не ангел", "Зимний сад" были написаны на одном дыхании, там ни текст не менялся, ни тональность. Единственное, при записи "Зимнего сада" технические проблемы были – мы одно гитарное соло 8 часов записывали, в 12 ночи начали, и к утру только завершили. А в песне "Пепел любви" вообще другие слова были, очень пафосные, о том, что жизнь – это кино, а люди в ней актеры. Потом текст поменяли, вроде к душе ближе песня стала. В песне "Вечер в Сорренто" представителям студии звукозаписи, с которой мы работали, текст не нравился: "Что это за Сорренто, люди не знают, где оно находится". Мы спросили: "А вам что, Тамбов нужен?". Попытались переписать текст, но ничего не подошло, оставили так, и, по-моему, не зря. Так что всегда по-разному этот процесс проходит.

— А как Вы относитесь к современной эстраде, однодневным проектам?

— Современная эстрада? Жаль, что люди, не прошедшие весь путь, не осознавшие как это тяжело, начинают лезть на сцену и считать себя звездами. Это неправильно. В течение 8 лет у нас с "Веселыми ребятами" каждый день были 8-часовые репетиции, каждый день нас гонял Павел Слободкин. И сейчас я понимаю, что это хорошо, что тогда из нас делали профессионалов, и к сцене мы теперь относимся как к святому месту. А сегодня на ней люди, которые не представляют, что им там делать – ну петь научились чуть-чуть, фигура ничего. Они не понимают, о чем поют, текст ничего до слушателя не доносит.
Приятно, что есть группы, которые поют вживую. Огромное спасибо продюсерам, которые делают нормальные коллективы, которые ставят условия петь вживую.

— Что можно сказать о планах на будущее, и есть ли у Псковщины надежда увидеть Алексея Глызина вновь?

— В планах на будущее – выпустить новую пластинку. Хотя с каждым годом становится все тяжелее делать что-то хорошее – идет переоценка, начинаешь копаться в себе и в людях. Я, в свою очередь надеюсь, что осенью мы приедем в Великие Луки, буду рад еще раз увидеться с людьми, которые пришли на концерт и так тепло меня приняли.

ПОЛИНА АНИСИМОВА
14.07.2003
Псковское агентство информации
Фотография взята с http://glyzin.com