На главную

Биография

Новости

Интервью

Пресса

Фотоальбом

Интересное

Песни

Форум

Гостевая

От автора

 

   Исповедь костюмера, или "Мой шеф – Алексей Глызин"


   Иногда мне хочется все бросить и уйти. Прямо сейчас набрать номер директора и сказать: "Извините, Феликс, я больше не работаю. По семейным обстоятельствам". Или что-нибудь в этом роде. Я уже распутываю длинный шнур телефона, тащу его к себе в комнату, звоню. "Алло, Феликс? Это я, Юля. У нас сегодня ничего нет? А завтра? Поездку не отменили? Слава Богу. Значит, послезавтра на вокзале. Пока". Вешаю трубку и смотрю на часы, а сколько еще до послезавтра? Скорей бы. И так каждый раз.

   Я работаю в этом коллективе чуть больше двух лет. Как попала? Да очень просто. Включила однажды телевизор и увидела голубоглазого мальчика с яркими кругами румян на щеках, в смешных ярких штанишках: "Мы бродячие артисты...". Увидела и сразу влюбилась в белозубую улыбку и лукавый смешок в глазах. С этого все и началось. Нет, на теперешних поклонниц никогда не была похожа. Дорогу в гримерную не знала, подробностями личной жизни не интересовалась. Просто ходила на каждый московский концерт и, краснея и тщетно пытаясь сдержать дрожь в коленках, дарила цветочки. Если два концерта в день – два букета. Пока стипендия не заканчивалась.

   Потом – его уход из "Веселых ребят". Волновалась страшно – а вдруг все? Вдруг не получится? Получилось. Родилась новая группа и набирала силы. А я все дарила цветочки. Пока однажды не позвонила поздравить директора с Новым годом, а с руководством я к тому времени была уже немножко знакома. "Слушай, – сказал он – надо встретиться. Есть предложение". Ну вот и все. Предложение было принято ("неужели не сон?"), и началась моя "жизнь в искусстве".

   Вообще слово "костюмер" для названия моей профессии не совсем подходит. Костюмы, конечно, само собой. Ну там еще сходить на рынок, приготовить покушать: на завтрак овсяная каша с медом и апельсинами, к обеду салат из свежих овощей, курага со сметаной и грецкими орехами на десерт, к ужину творог с морковью и минеральной водой, или хлопья с молоком. Но самое главное – сотворить уют, создать хорошее настроение. А это непросто. Почти все время в поездках мы проводим вместе. Самые смелые из поклонниц выкрикивают из толпы: "Девушка, а вы его жена"? И я как можно громче, чтобы он услышал – почему-то считает предметом гордости свое холостяцкое существование – отвечаю: "Нет, он у нас вообще не женат".
   И горничной на этаже объяснить иногда очень трудно: "Если не жена, почему все время у него в номере"? Завидует!

   А вообще людей, которые относились бы к нему плохо, еще не встречала. Со всеми говорит, улыбаясь, – и с депутатом, зашедшим поблагодарить после концерта, и с пьяным на вокзале: "Лёх, ты что ли, братан"? И сразу создает вокруг себя атмосферу дружелюбия. Около гримерной толпятся псевдопсихотерапевты и лжежурналистки. Каждому разрешит "снять стресс" и всем даст интервью. Моего терпения не хватает даже присутствовать при этом, а он спокойно так отвечает по десять раз на одни и те же вопросы и доверяет свое тело неизвестно откуда взявшимся лекарям.

   Вот только с автографами всегда проблема. Если давать их всем, это займет не меньше часа, потому что каждый раз у меня создается такое впечатление, что в гримерной собирается, по крайней мере, половина людей, только что до отказа заполнявших зал Дворца спорта. Каким образом они туда проникают, всегда остается для меня загадкой. Если удовлетворить только часть желающих – несправедливо. Приходится спасаться бегством. Звучат еще первые аккорды последней песни, а я уже сижу в машине, которая максимально близко подогнана к двери служебного входа. Меня совсем не видно за немыслимой горой букетов, предварительно унесенных со сцены, которые увозим всякий раз и раздариваем потом дежурному администратору, портье и горничным на этажах.

   Концерт заканчивается шутливым представлением состава группы. "А это наш бас-гитарист Вячеслав Мерседесов". На самом деле он Вячеслав Воронов, просто недавно привез из гастролей по Германии ослепительно белый, хотя и изрядно уже поездивший автомобиль, "мечту в слезах", и до сих пор не может прийти в себя от счастья. Едва договорив, прямо со сцены Лёша бежит к машине. А я каждый раз волнуюсь, вдруг по дороге какая-нибудь самая проворная поклонница все-таки ухитрится догнать его и, дико завизжав, набросится на него, покрывая лицо красными следами помады и крича: "Возьми меня с собой"! Такое не раз бывало. Но сегодня, кажется, все в порядке. Он влетает в распахнутую дверь с радиомикрофоном в руках, в который раз кричит: "До новых встреч!", в прилипшей к спине рубашке, имевшей до начала концерта белый цвет, ужасно усталый, но, как всегда, добродушно улыбающийся.

   Иногда я задаю себе вопрос, знает ли кто-нибудь его так же, как я? Мне кажется, я знаю все, что он скажет и сделает за минуту вперед, я изучила все его плюсы и минусы, и я безумно обожаю его, несмотря на весь этот груз. Когда-нибудь это кончится. В конце концов, все когда-нибудь кончается. Возможно, у него появится семья, и кто-то другой будет хранить его чуткий сон, оберегать от назойливых поклонниц и заваривать чай с травками. Тогда я уйду. Что буду делать? Пока не знаю. Хотя догадываюсь. Куплю букет цветов и... пойду к нему на концерт.

ЮЛИЯ ПОНОМАРЁВА
"Джокер"
10-11.06.1992 г.г. Москва